МАРКИЗ ДЕ САД ОТДЫХАЕТ…

Владимир Семенов, г. Красноярск http://vladimirsemenov.ru

Жил-был поп,
Толоконный лоб…
   Кто не знает этих строчек… Правда, подавляющее большинство читателей (и автор данного исследования - в том числе) понятия не имеет - какой смысл вложен в определение “толоконный”. Как хочешь, так и понимай. Но речь, в общем-то, не об этом.
Широко известную “Сказку о попе и работнике его Балде” наш великий, гениальный (остальные эпитеты в связи с ограниченным объёмом издания опускаю) Александр Сергеевич написал в 1830-ом году - в пору поэтической (и не только) зрелости. Однако то ли он был на тот ответственный момент не совсем “как стёклышко”, то ли с Анной Керн переспал (в смысле - излишне много) - утомился, то ли талант решил по пустякам не напрягать… В общем, шедевра в очередной раз не получилось. С кем, впрочем, не бывает…
Но я, кажется, отвлёкся. Так вот,

Пошёл поп по базару
Посмотреть кой-какого товару.
Навстречу ему Балда
Идёт, сам не зная куда.

   Итак, цель похода священнослужителя заявлена. Но почему-то Балде он правды о своих намерениях не говорит, и в ответ на его вопрос “Чего ты взыскался?” начинает откровенно лгать и выкручиваться. Мол

…Нужен мне работник:
Повар, конюх и плотник.
А где найти мне такого
Служителя не слишком дорогого?

   Что характерно, как и любой нормальный человек, поп явно не стремится переплачивать. Да и вряд ли денег у него много. Не купец ведь, поди.
Однако праздношатающийся Балда (видать - от не фиг делать) искушает беднягу, а, по сути - провоцирует:

Буду служить тебе…
В год за три щелка тебе по лбу,
Есть же мне давай варёную полбу.

   Это пшеница такая, если кто не знает. И поп соглашается. А кто бы не согласился? Особенно, если в кармане не густо. И вот

Живёт Балда в поповом доме…
Ест за четверых,
Работает за семерых;
(Что-то тут с законом сохранения энергии не вяжется…)

   При этом

Досветла все у него пляшет,
Лошадь запряжет, полосу вспашет,
Печь затопит, все заготовит, закупит,
Яичко испечёт да сам и облупит.

   Что-то я не очень понял - это как, ВСЁ перечисленное и - досветла?! И пашет, и по магазинам ходит? С фонариком, что ли? Или досветла у него только “все пляшет”, а остальное - уже потом? Тогда непонятно - что конкретно пляшет и какой от этого прок. И какого хрена он вообще пашет, если подрядился работать поваром, конюхом и плотником? И при чём тут яичко? Что САМ облупит - это, конечно, следовало отметить - работа серьёзная, не упомянуть о ней - значит, скрыть от прогрессивной общественности, каким всё-таки злостным эксплуататором трудового народа является поп. Только непонятно - для кого Балда его “облупит”. Неужто для себя? Тогда это явное нарушение контракта, т.к. уговор был только на полбу…
   Вообще-то, судя по всему, живётся Балде неплохо. Все домочадцы его просто обожают, а попёнок даже почему-то зовёт его тятей (???)… И

Только поп один Балду не любит,
Никогда его не приголубит…

   Так-так-так… Оч-чень интересно. Весьма любопытно было бы узнать, что автор подразумевает под этим самым отсутствующим “приголубливанием”. Похоже, тут вся собака-то и зарыта (не та, которая съела кусок мяса, и поп её убил). Наверное, у попа с Балдой были оговорены и дополнительные условия, о которых Пушкин написать постеснялся, а поп от выполнения своих обязанностей почему-то отлынивал. Видать, сгоряча согласился, а потом ориентация поперёк встала… Да и вообще, говорят, первоначальный вариант этого творения назывался “Сказка о попе и работнике её Балде”… Но я, похоже, опять отвлёкся.
   Небезынтересно, что от страха перед расплатой

Поп НИ ест, НИ пьет, ночи не спит.

   Так перепугался, что даже не пить и не есть стал как-то не по-русски…
   И решает поп вместе с довольной, в общем-то, Балдой попадьёй “кинуть” его с оплатой, для чего поручает ему взыскать с чертей мифический оброк. Надеется, что уж на рэкете-то Балда точно погорит. И говорит ему, в частности,

Как наешься ты своей полбы,
Собери-ка с чертей оброк мне полный.

   Да, не шибко изящно сформулировано… А как вам рифмочка? Прелесть, правда? Детский сад, подготовительная группа. Вообще в этой сказке с рифмами туговато. Чуть не половина - глагольные, что в приличном обществе само по себе считается дурным тоном. Или вот, чуть дальше,

Пошёл, сел у берега моря;
Там он стал верёвку крутить
Да конец её в море мочить.

   Уже прогресс - где-то начальная школа, кружок поэзии. Не очень, кстати, понятна технология того, что Балда делает. Что значит - крутить, конец мочить? Не представляю…
  И вот из моря вылез старый Бес (видимо, это какой-то особый - земноводный подвид нечисти), которого Балда тут же так запугал своей передовой технологией, от которой, якобы, море “морщится”, что Бес сразу смылся и послал на переговоры своего внука. Странное решение… Впрочем, черти в этом произведении вообще - дураки дураками, и спорить с автором по данному вопросу я не стану. Не встречал, не знаю…
   Бесёнок предлагает Балде выполнить на спор несколько легкоатлетических упражнений - кто, мол, победит, тому и забирать оброк. Занятно, что о сумме оброка или его составе никто не заикается - есть мешок с “оброком”, да и ладно. Хитрый Балда запросто обдуривает бесёнка, но проверить - какого кота в мешке ему подсунули, ума у него почему-то не хватает.
   В самом процессе “поединка” тоже есть несколько скользких мест. Вот, например, когда бесёнок на время скрылся,

…Балда наделал такого шуму,
Что всё море смутилось
И волнами так и расходилось.

   Тут уже вообще крыша едет. Какого “шуму”, каким местом? И каким образом от “шуму” волны получаются? Читатель уже смирился с тем, что герой как-то (пусть и непонятно - как) воздействует на море, крутя верёвку и моча конец. Верёвки, разумеется. А тут - нечто совершенно новенькое и уже совсем необъяснимое…
   Получив так называемый оброк, Балда возвращается к попу и… Впрочем, финал вы уже знаете. Изувечил придурок батюшку. По уголовному кодексу - нанёс тяжкие телесные повреждения. За что, спрашивается? Ещё и приговаривает:

Не гонялся бы ты, поп, за дешевизной.

   Сначала мозги вышиб, а потом поучает. Если такой умный - взял бы, да заранее и предупредил. И как теперь будут жить и поповна, которая “о Балде лишь и печалится”, и попёнок, называвший Балду тятей. О них он подумал?
   Короче, вывод напрашивается сам собой: Балда является жестоким маньяком-садистом, для которого жизнь и здоровье человека не представляют никакой ценности, а калечить людей - его главное удовольствие. Но это ещё не самое страшное. Самое, полагаю, ужасное в том, что АВТОР ЕМУ ЯВНО СИМПАТИЗИРУЕТ! Ну ладно, не любит поэт священников (я эту “братию” тоже, кстати, не жалую). Ну так и высмеивай их изо всех своих поэтических сил, рази насмерть… Но - пером. Пером поэта, а не уголовника. А пропагандировать физическое насилие, причём - по отношению к, в общем-то, безобидному (пусть и недалёкому) герою… Нет, брат Пушкин, в чём-то ты очень даже не прав. И даже закрадываются сомнения - а не за дело ли “солнце русской поэзии” в конце концов подстрелили…
   Кстати о солнце. Я уже упоминал о некоторых, скажем мягко - не полностью идеальных местах данного произведения. Рифмы там не очень… С логикой напряжёнка… Но есть у аса нашего Парнаса и другой недостаток. Любил он, понимаешь ли, слова перевирать. Не влезает слово в строчку - усечёт (например, вместо огонь - огнь напишет), короткое - растянет. Взять хотя бы словечки из нашей “Сказки…”:
“Щелк щелку ведь розь”, “заране трещит”, “поймал двух зайков”, “мордку поднявши”, “такое бедство”, “враженок”, ну и т.п.
   Похоже, для господина Пушкина слово действительно - не воробей, а подопытный кролик, над которым он издевается ничуть не хуже, чем Балда над попом.
   Я понимаю, что в то время были несколько другие языковые обороты и поэтические традиции, но, тем не менее, по-настоящему классному автору нет необходимости “кромсать” родной язык по своему усмотрению. Наоборот, умение изящно “всунуть” свои мысли в жёсткие рамки формы - вот признак классности. А рифмовать “любит - приголубит”, “уговору - приговору”, “твой - мой”, “морщить - корчить” или “верхом - столбом” - большого ума не надо.
   А напоследок (пока меня за это моё творение до смерти не закидали тухлыми яйцами - пусть даже и исключительно птичьими) спешу высказать, как говорят в школе, главную мысль произведения:

Пушкин - это, конечно, хорошо. Но не всё хорошо то, что - Пушкин.

   Вы всё ещё не верите, господа?

Миллион

million

Увеличить

Ничем не примечательная публикация нескольких произведений Владимира Семенова в предновогоднем выпуске красноярского журнала «Миллион» (1997-ой год) удостоилась чести попасть в «Кунсткамеру» по одной простой причине. В этом выпуске опубликован самый, пожалуй, дорогой анекдот в новейшей истории России. Это анекдот про бороду Деда Мороза.

Дело в том, что любое созданное творческим трудом конкретного автора произведение - независимо от его жанра, размера, художественной ценности - является объектом авторского права его создателя. Только он - согласно российскому законодательству - вправе разрешать воспроизводить и распространять произведение. Для анекдотов и Интернета закон не делает никаких исключений.

Как и тысячи других произведений Владимира Семенова, этот анекдот после его обнародования был незаконно растиражирован в Интернете, откуда его брали разнообразные издатели печатных СМИ и размещали на страницах своих изданий. Все эти действия в корне противоречат закону, согласно положениям которого автор вправе взыскать с нарушителя от 10000 до 5000000 рублей за каждое незаконно опубликованное произведение. Не будучи человеком жадным, Владимир через суд взыскивал минимальную сумму. Ну и по тысяче рублей компенсации морального вреда - за опубликование произведения без указания его авторства. Случаев незаконного опубликования в газетах упомянутого анекдота выявлено 9. По всем этим случаям состоялись судебные разбирательства, все суды всех инстанций приняли решение в пользу Семенова. Итого стоимость данного анекдота на сегодняшний день достигла легко высчитываемой суммы. Не считая гонораров за ЗАКОННОЕ его использование добросовестными издателями.

Бывший президент Карачаево-Черкессии Владимир Магомедович Семенов никакого отношения к юмористической писательской деятельности не имеет

Очевидно, деятельность красноярского писателя-сатирика Владимира Семенова по защите своих авторских прав вызывает противодействие со стороны тех, кого она прямо или косвенно затрагивает. (Было бы наивным изначально предполагать иное…)

Это противодействие проявляется в самых разных и изощрённых формах. К примеру, на странице http://www.aphorism.ru/author/a7583.shtml, где кем-то когда-то были размещены афоризмы и прочие юмористические миниатюры Владимира с указанием его авторства, есть ссылка на биографию автора. Т. к. афоризмы были получены каким-то обходным путём, никакой биографии, естественно, не было.

После появления настоящего сайта и высказывания Владимиром своей бескомпромиссной позиции по поводу творящихся в юмористическом мире безобразий, при воздействии на ссылку “Биография” стала появляться информация о бывшем президенте Карачаево-Черкессии Владимире Магомедовиче Семенове, никакого, естественно, отношения к юмористической писательской деятельности не имеющем. Вряд ли он и сам знает о том, что его так грязно подставляют…

Таким образом противники писателя Владимира Семенова пытаются запутать интересующихся его творчеством пользователей Интернета, направить их по ложному следу и, как следствие, не дать Владимиру возможности добиться достойной его известности.

НЕ ВЫЙДЕТ, ГОСПОДА НЕХОРОШИЕ…