НОВОГОДНЕЕ ОБРАЩЕНИЕ ВЛАДИМИРА СЕМЕНОВА К ГРАЖДАНАМ РОССИИ В ПЕЩЕРЕ

ОПТИМИСТИЧЕСКАЯ ТРАГИКОМЕДИЯ, ИЛИ ЧАПАЕВ-2

Одноактная пьеса с как минимум двумя актами

Действующие лица.

Василий Иванович ЧАПАЕВ – командир дивизии
АНКА – пулемётчица
ПЕТЬКА – ординарец Чапаева
КОМИССАР дивизии
БАБКА
Боец КОЗОЛУП
ЦЫГАНКА

За столом сидит ЧАПАЕВ. Перед ним разложены и расставлены картофелины, морковки и прочие овощи. ЧАПАЕВ их задумчиво переставляет. Входит несколько помятая и растрёпанная АНКА.

АНКА. – Привет, командир!
ЧАПАЕВ (ласково). – Привет, Аннушка! Ты чего это сегодня ночью опять ко мне не пришла?
АНКА (жеманно). – Ой, какие вы, Василий Иванович, вопросы задаёте каверзные… Да если бы я уже два года не была красная пулемётчица, то точно вся бы покраснела от смущения.
ЧАПАЕВ. –Анка, ты мне тут лапшу на уши не вешай! Тоже мне, благородная девица. Отвечай, как положено, - почему не пришла?!
АНКА. – Занята была…
ЧАПАЕВ. – И чем же это ты всю ночь занималась?
АНКА. – Петька меня пулемёту учил. Мастер-класс показывал…
ЧАПАЕВ. Мастер-класс, говоришь…?
АНКА (зевая). – Ага…
ЧАПАЕВ. – Ладно, разберёмся… А ты иди – отоспись как следует…, пулемётчица… (Анка выходит. ЧАПАЕВ задумчиво) -Хм, мастер-класс, едрит твою мать… Петька!

Вбегает полуодетый ПЕТЬКА. – Тут я, Василий Иванович!
ЧАПАЕВ. – А ну-ка, признавайся, подлец, чего ты такое с Анкой в ущерб своему командиру делал!
ПЕТЬКА (испуганно). – Ничего…
ЧАПАЕВ. –Ещё раз скажешь “ничего” – под трибунал пойдёшь.
ПЕТЬКА. – Не надо трибунала, Василий Иванович! Всё расскажу, как на духу. Ну… было у нас с Анкой… Пару раз…
ЧАПАЕВ. –И кого же ты, сукин ты пёс, дурить вздумал?! Да про ваши с Анкой шуры-муры вся дивизия уже два года знает! И про комиссара – тоже… Я же тебя не о том спрашиваю. Колись – чего ты такое с Анкой делал, что она уже вторую ночь КО МНЕ не приходит. Здесь ведь Я пока что командир!..
ПЕТЬКА (смущённо). – Да книжку я прочитал недавно…
ЧАПАЕВ. – Что за книжка?
ПЕТЬКА. – “Камасутра” называется.
ЧАПАЕВ. –Кто автор? Маркс? Энгельс?
ПЕТЬКА. – Да нет, это не про революцию книжка. Это как мужик с бабой.. (делает соответствующие движения руками).
ЧАПАЕВ.- Ну, значит – Клара Цеткин или Роза Люксембург. Больше некому. Ну и что же в этой книжке написано?
ПЕТЬКА подходит к ЧАПАЕВУ, и что-то шепчет ему на ухо.
ЧАПАЕВ (в высшей степени изумлённо) – Да ты что?!
ПЕТЬКА (положив руку на сердце). – Клянусь мировой революцией! А ещё… (опять что-то шепчет Чапаеву на ухо).
ЧАПАЕВ (ещё более изумлённо) – Не может быть!!!
ПЕТЬКА. – Вот те крест! (Перекрещивается). Но и это ещё не всё! (опять что-то шепчет…)
ЧАПАЕВ (вскочив со стула, с выпученными глазами) – И вы всё это с Анкой делали?!
ПЕТЬКА с виноватым видом несколько раз кивает.
ЧАПАЕВ (возбуждённо шагая по комнате). –Так значит… В рабоче-крестьянской Красной армии, в образцово-показательной дивизии, под самым носом у любимого командира – и такое вытворять. И ты думаешь – я это так и оставлю?! Слушай моё приказание: сегодня же… эту мерзкую книжонку… принесёшь мне! И лично в руки передашь! Понял?
ПЕТЬКА. – Так точно!
ЧАПАЕВ. – Выполняй.
Петька выходит.

Вбегает КОМИССАР. – Василий Иванович, беда!
ЧАПАЕВ (лениво и равнодушно). – Ну что ещё, комиссар?..
КОМИССАР. – Я только что узнал – беляки назавтра атаку готовят!
ЧАПАЕВ. – Эх, комиссар, комиссар… Да я это уже две недели как знаю.
КОМИССАР. – И что же делать?
ЧАПАЕВ. – Да не волнуйся ты так. Всё под контролем. Я уже и план операции разработал. Встретим беляков психической контратакой.
КОМИССАР. –Психической контратакой? Классно!!! А ты знаешь, что по этому поводу говорит наша любимая Коммунистическая партия?
ЧАПАЕВ. – И что же?
КОМИССАР. – Наша любимая коммунистическая партия по этому поводу твёрдо и безоговорочно заявляет – один в поле не воин! И не имел ты никакого права единолично принимать столь важное решение, не посоветовавшись со мной – дивизионным комиссаром!
ЧАПАЕВ. – Да ты же ведь в военном деле ни черта не пропираешь! Только агитки расклеивать и умеешь. Что бы ты такого мог мне посоветовать?
КОМИССАР. – А вот и мог бы!
ЧАПАЕВ. – Ну, чего, например?
КОМИССАР. –Ну… к примеру… встретить беляков психической контратакой. А ты, видать, всю славу решил себе забрать! И партия, мол, тут совсем ни при чём… Смотри, это уже контрреволюцией попахивает…

Раздаётся женский голос. – Ну пустите же меня к самому главному! У меня дело архиважное!
(Появляется БАБКА, полубегом ковыляет к Чапаеву). – Помоги, мил человек! На тебя вся надежда!
ЧАПАЕВ. – А что случилось, бабушка?
БАБКА. – Известно – что! Белые пришли – грабют, красные пришли – тоже грабют. Ну куда сельской пенсионерке податься?!
ЧАПАЕВ. – А что у тебя пропало-то?
БАБКА. – Дак козу Машку – кормилицу единственную – вчера со двора увели. Прикажи вернуть, а то без неё обе ноги протяну. Христом-богом прошу!
ЧАПАЕВ. – А кто увёл-то?
БАБКА. – Да боец ваш, Козолуп по фамилии.
ЧАПАЕВ (в сторону выхода). – Срочно вызвать Козолупа ко мне! (Бабке.) – Успокойся, бабуся, разберёмся. А расскажи-ка мне, как тут у вас сельчане поживают.
БАБКА. – Ой, милок, плохо поживаем… Мужики-то все – кто за белых, кто за красных воюют. Лошадей всех реквизировали. Остались в селе лишь бабы да дети малые. Еле-еле с хозяйством управляемся…
Появляется КОЗОЛУП. – Товарищ комдив, боец Козолуп по вашему приказанию прибыл!
ЧАПАЕВ. -Что же ты, негодяй, бабушку обидел?! Козу-кормилицу у неё увёл…
КОЗОЛУП. – Так вы же сами приказывали! Под угрозой смертной казни!
ЧАПАЕВ. – Что приказывал?
КОЗОЛУП. – Ну… это… чтобы местное население… не насиловали.
ЧАПАЕВ. – А коза при чём?
КОЗОЛУП. – Так я и говорю – чтобы местное население не насиловать…
ЧАПАЕВ. – Понял. Это хорошо, что приказы выполняешь. Но козу бабке – верни!
КОЗОЛУП. – Не могу, товарищ комдив! Сдохла коза…
БАБКА. –Как это сдохла?! Ещё вчера здоровёхонька была!!!
ЧАПАЕВ. – Вот что, Козолуп. Иди к командиру спецназа, скажи ему, что я назначаю тебя наипервейшим диверсантом. Чем коз губить, будешь со своим талантом в тылу врага диверсии делать. (Козолуп, ответив «есть», выходит. ЧАПАЕВ - бабке). – А тебе, бабушка, за потерю козы-кормилицы и моральный ущерб прикажу выдать дойную корову.
БАБКА. –Ой, спасибо, мил человек! Даже не знаю – как тебя и благодарить. А можно ещё просьбочку маленькую?
ЧАПАЕВ. – Что за просьбочка?
БАБКА (бухаясь на колени). – А дай ты мне, светик,  вместо коровы жеребца какого-нибудь списанного. Можно даже без ноги, или без двух… Всем селом будем за тебя богу молиться!
ЧАПАЕВ обхватывает голову руками. КОМИССАР (подняв бабку и подталкивая её к выходу). –Ступай, ступай, старая. Хватит с тебя и коровы…
(Бабка выходит. КОМИССАР – Чапаеву). – Ну я тоже пойду – проверю, хорошо ли отглажено перед боем наше священное красное знамя. (Выходит.)

ЧАПАЕВ, сидя за столом, что-то делает с овощами. (Артисту - обыграть. Далее - тоже).
Появляется ПЕТЬКА. – Василий Иванович, ты вчера распорядился астролога привести…
ЧАПАЕВ. – Ты где столько времени шатался?! Вечер уже! Принёс книжку?
ПЕТЬКА. – Ага… (Достаёт из-за пазухи книжку, отдаёт ЧАПАЕВУ. Тот с интересом начинает листать.) – Ну, что там с астрологом?
ПЕТЬКА. – Тот, которого на прошлой неделе за неправильное предсказание расстреляли, последний был. Нет больше в районе астрологов.
ЧАПАЕВ. – Что значит – нет?! Под трибунал захотел?
ПЕТЬКА. – Не надо трибунала! Я цыганку привёл, говорят – по руке гадает безошибочно.
ЧАПАЕВ. – Ну, давай её сюда. (Кладёт книжку за пазуху.)
Петька делает знак рукой, входит ЦЫГАНКА. Подходит к ЧАПАЕВУ: - Позолоти ручку, добрый человек, всю правду скажу, ничего не утаю…
ЧАПАЕВ. – Я тебе сейчас так ручку позолочу, что ты всю свою хиромантию позабудешь! Как ты смеешь с красного командира какую-то плату требовать?
ЦЫГАНКА. – Прости, командир, привычка. Давай руку, бесплатно погадаю, всю правду скажу. (Рассматривая руку.) – Вижу - ждёт тебя завтра победа великая…
ЧАПАЕВ (удовлетворённо): - Так…
ЦЫГАНКА. –А после вижу – пьянка будет грандиозная…
ЧАПАЕВ. – Ну, что ж, всё, как я запланировал, так  и рассказала. Но смотри – соврала – в распыл пущу, как всех астрологов.
ЦЫГАНКА. –Что ты, что ты! Всю правду сказала, ничего не утаила. Вот только…
ЧАПАЕВ. – Что «только»?
ЦЫГАНКА. – Да не знаю, как и сказать…
ЧАПАЕВ. – Да говори как есть, не выламывайся.
ЦЫГАНКА. –Ну…, в общем…, командир…, не лез бы ты после пьянки в Урал-речку купаться…
ЧАПАЕВ. – Во, блин! Ещё один комиссар нашёлся! Тот мне тоже – водку не пей, матом не ругайся, баб не люби… А сам так и норовит Анке под юбку залезть… Иди, тетка, не капай на мозги. Без тебя не маленький, сам разберусь… (Цыганка уходит.)

Вбегает КОМИССАР. – Беда, Василий Иванович!
ЧАПАЕВ (почти раздражённо): - Ну что опять?
КОМИССАР. Бойцы знамя красное на портянки порезали! И плакат кумачовый «ВСЯ ВЛАСТЬ – СОВЕТАМ» - тоже! Как же мы теперь без плаката воевать-то будем?!
ЧАПАЕВ (с сарказмом). –Ну, как-нибудь попробуем…
КОМИССАР. –Надо их всех расстрелять!
ЧАПАЕВ. – Ну когда только ты, комиссар, нарасстреливаешься? Сядь, угомонись. (Комиссар садится.) И вообще – поздно уже. Поспал бы лучше…
(Комиссар укладывается на сдвинутые стулья и засыпает.)

ЧАПАЕВ продолжает «колдовать» на столе. Напевает строки из «Черного ворона».
ПЕТЬКА (наблюдая за Чапаевым, восхищённо): -Вот гляжу я на тебя, Василий Иванович – ну чистый Наполеон!
ЧАПАЕВ. – Ясное дело!
ПЕТЬКА. – А вот смог бы ты, Иваныч, фронтом командовать?
ЧАПАЕВ. –Раз плюнуть.
ПЕТЬКА. –А всеми объединёнными силами республики?
ЧАПАЕВ. – Немного подучился бы, и смог.
ПЕТЬКА. –А вот…, к примеру…, Белой армией?
ЧАПАЕВ. Да ты что, Петька?! Я же всю эту белую контру по гроб жизни ненавижу!
ПЕТЬКА. –А за тысячу баксов?
ЧАПАЕВ. – Не смеши…
ПЕТЬКА. –А за миллион?!
ЧАПАЕВ.  – Без НДС?
ПЕТЬКА. – Без НДС!
ЧАПАЕВ. – Ну, если без НДС, то смог бы…

ЧАПАЕВ опять обдумывает над столом предстоящую битву, напевая «Ворона». Потом мечтательно произносит: - Знаешь, Петька, о чём я сейчас думаю? Вот разгромим мы белую сволочь, построим светлое будущее, и такая жизнь настанет – помирать не надо. Я вот, к примеру, в Генштаб работать устроюсь. Тебя с комиссаром возьму. На Анке женюсь…
ПЕТЬКА (робко). –Василий Иванович, вообще-то на Анке Я жениться собирался…
ЧАПАЕВ. –Блин, какая разница?! Всё равно ведь все вместе будем…

КОМИССАР во сне начинает плакать и звать маму.
ЧАПАЕВ. -Опять комиссару призрак коммунизма снится…
ПЕТЬКА. – Разбудить?
ЧАПАЕВ. – Да ну его на фиг, заполошного. Пусть спит. Да и ты ложись. А то уже и вставать скоро…
Петька ложится на стулья рядом с комиссаром и засыпает. Чапаев «работает» с картошкой, напевая «Черного ворона»…

Раздаётся пение АНКИ. –Смело, товарищи, в ногу…. Духом окрепнем в борьбе…. В царство свободы дорогу… грудью проложим себе.
(В процессе пения появляется АНКА, разряженная, раскрашенная, с зеркальцем в руке, на ходу что-то добавляет в свой макияж. При упоминании о груди с удовлетворённым видом руками колышет свои груди. Проснувшиеся от пения Петька и Комиссар, тупо уставившись почти в упор на анкину грудь, облизываются…)

АНКА. – Привет, мальчики! Что-то вы все сегодня обо мне забыли…
ЧАПАЕВ. – Сама знаешь – бой на носу. Не до того. Отдохнуть надо. Как у тебя, кстати, с боеприпасами?
АНКА. –Да не очень. Несколько лент осталось. При хорошем бое – на пять минут не хватит.
ЧАПАЕВ.- Ладно, постараемся уложиться… Но если патроны кончатся, то, как и договаривались, раздеваешься и бежишь мимо беляков к Чёрной Балке. Там эскадрон Зайцева будет в засаде сидеть, он их всех в капусту порубит…
ПЕТЬКА. – Василий Иванович, а что, если беляки за Анкой не побегут?
АНКА. – Обижаешь, Петька! Зря я, что ли, грудь нарастила, и уже полгода фитнесом занимаюсь…

Раздаётся крик петуха…
ЧАПАЕВ. –Ну, вот и утро, товариши. Пора выдвигаться на позиции. Надеюсь, мы сегодня неплохо постреляем и, как говорится, ни пуха нам, и не пера!
АНКА, ПЕТЬКА и КОМИССАР (хором): - К чёрту!
ЧАПАЕВ. Слушай мою команду! В шеренгу по росту… Равняйсь! Смирно! Напра-во! К победе мировой революции и свелому будущему – шагом марш! (Все выполняют команды командира и вместе с ним выходят.)

КОНЕЦ




Обсуждение закрыто.